Месть княгини Софьи  - Александр Прозоров

Поскольку «промосковские» источники порождают куда больше загадок, нежели дают ответов, автору пришлось обратиться к источникам обыкновенным либо оценивать общепризнанные факты самостоятельно. Поэтому, если встреченные в тексте события или поступки героев показались вам неожиданными или неправильными – не стоит возмущаться. Это вовсе не значит, что автор ошибается, равно как не означает плохого знания вами русской истории. Это означает лишь то, что вы с автором предпочитаете разные исторические источники.

Великий князь Василий II

Среди историков традиционно принято считать его лживым и неблагодарным моральным уродом, позорно профукавшим русское государство и норовившим ударить в спину каждого из друзей и родственников, кто сделал для него хоть что-то доброе и полезное.

Однако внимательный взгляд на сего правителя обнаруживает в данном утверждении серьезные нестыковки.

Отнюдь не Василий II срывал пояс с Василия Косого – юному государю досталось лишь сомнительное право опозориться в возникшей из-за этого безнадежной войне.

Отнюдь не Василий II сажал в поруб Шемяку, приехавшего приглашать его на свадьбу, – Василий его освободил, но восстановить дружеских отношений более не сумел.

Отнюдь не Василий II примкнул к ордынской армии, вломившейся на Русь, и не он составлял заговор для своего освобождения.

В отношении заговора против Шемяки летописи рисуют и вовсе уникальную картину. «Промосковские» тексты сказывают, как Василий Васильевич отважно бежал в Вологду, потом мужественно посетил Белозерскую обитель, где получил от святых отцов разрешение нарушать любые клятвы и обещания (?!), и наконец храбро приехал в Тверь по приглашению тамошнего князя.

Однако обычные летописи сухо отмечают, что Вологда была дарована Шемякой своему брату «в кормление» – в силу природной необъяснимой доброты всех представителей рода Юрьевичей к Василию II. В результате чего весь пафос истории мгновенно улетучивается, «тяжкие оковы» становятся вымыслом, а поездки Василия Васильевича перестают являться великим подвигом.

Из обычных летописей вообще возникает ощущение, что свергнутый государь, не победивший ни в одном сражении в своей жизни, трижды попавший в плен, четырежды свергнутый, преданный и ослепленный собственной свитой, править отнюдь не рвался. В самом деле – откуда взялась в историографии целая эпопея с освобождением Василия Васильевича от данной им Шемяке присяги, если большинство знати того времени вопросами исполнения своих обещаний совершенно не дорожило? Выгодно – служат, невыгодно – предают.

Похоже, что это именно Василия Васильевича пришлось склонять на клятвопреступление всей мощью тогдашней церкви и с опорой на авторитет белозерских святых старцев!

И не факт, что удалось уговорить…

Однако заговорщикам и Орде для изгнания Шемяки требовался символ – личность с весомыми правами на власть. И потому они буквально за шиворот затащили Василия Васильевича обратно на трон, придав поговорке «короля играет свита» совершенно новый, позорно-извращенческий смысл.

Приведя Орду в Москву первый раз, Василий был всего лишь татарским пленником, вообще неспособным влиять на события. Точно так же он оказался заложником ордынских царевичей и во время своего второго правления.

Так что уровень его благодарности «союзникам» и «соратникам» не вызывает ни малейшего удивления.

И даже арест князя Серпуховского – многократно сражавшегося за Василия II, тяжело раненного в битве возле Суздаля, организовавшего мятеж и освобождение своего господина, вернувшего его на трон, – даже сия подлость выглядит не столь однозначно омерзительной, если вспомнить, что после смерти Василия II князь Серпуховской отсидел в порубе еще 20 (!) лет, пока не скончался в заточении в 1483 году.

Можно назвать злым, подлым и неблагодарным Василия II – но почему Василия Ярославовича не освободил новый государь, Иван III Васильевич? Почему его не освободила собственная сестра (!), великая княгиня Мария Ярославовна?

Очень похоже на то, что отношение современников к этому «преданному рыцарю без страха и упрека» было отнюдь не столь восхищенным, как можно подумать из «промосковских» летописей.

Заработать преданной службой родной сестре-государыне столь сильную ее ненависть – это нужно изрядно постараться!

Таким образом, поступки Василия II, как ни странно, почти ничего не говорят нам о его личности. Просто так получилось, что на протяжении всей своей жизни этот правитель был либо игрушкой опекунов, либо жертвой обстоятельств. Единственное, в чем его можно попрекнуть – так это в слабохарактерности. В отличие, скажем, от Ивана IV Василий II не смог вовремя ударить кулаком по столу и решительно потребовать от боярской вольницы безусловного повиновения. И поскольку он оказался неспособен властвовать сам, боярская вольница правила им.

Великий князь Василий Косой

Пожалуй, это единственная фигура XV века, не оставившая загадок и не вызывающая сомнений.

Василий Юрьевич, безусловно, имел серьезные права на русский престол и, глядя на слабость Василия II, вполне естественно попытался их реализовать. Но, увы, неудачно.

Однако и за ним числится одна оговорка.

По общепризнанной версии, Косым князь был прозван за то, что уже после пленения и перед смертью оказался ослеплен на один глаз. Сиречь – при жизни этой клички Василий Юрьевич никогда не носил.

Именно поэтому в романе он ни разу не упомянут под этим своим прозвищем, и именно поэтому источники, называющие Василия «Косым» выдают себя как заведомо поздние и «промосковские».

Государь всея Руси Дмитрий Шемяка

Об этой личности в романе написано достаточно подробно, однако несколько важных деталей добавить нужно.

Когда в 1616 году была вскрыта могила Дмитрия Юрьевича, то оказалось, что он похоронен не один, а с девочкой: «а лежали в Юрьеве во едином гробе». По всей видимости, вместе с князем была отравлена его дочь, каковую и похоронили с отцом. Летописные источники по этому поводу хранят молчание – однако же источники того времени настолько скупы и отрывочны, что это не вызывает особого удивления.

Отравлением Шемяки Софья Витовтовна уничтожила Юрьевичей как знатный княжеский род, но все-таки не истребила до конца. Сын первого государя вся Руси смог благополучно скрыться в Литве и, по мнению части историков, тоже стал известным книжником, войдя в историю под именем Ефросина, оставившего нам множество прекрасных общеобразовательных книг и приключенческих романов.

Орда

Говорить про Орду тяжело, ибо она является одним из краеугольных камней русской мифологии – однако без понимания сути этого государства понять причины и смысл многих событий, случившихся на Руси в середине XV века, практически невозможно.

Итак прежде всего – какой веры придерживалась Волжская Орда?